Сергей Горобченко: я не убегал в Америку, побегом я это называть не могу
![](/sites/default/files/styles/big_article_cover/public/images/2023/gorobchenko_n_2.jpg-sayt.jpg?itok=6mBDH0cZ)
Сергей Горобченко стал знаменитым благодаря культовому фильму «Бумер» — киносаге о лихих 90-х. Но сегодня актер проповедует совсем другие ценности, в основе которых семья и вера. В новом сериале «Дорога к счастью», который показывает телеканал «Россия», у него роль отца, которому приходится бороться за судьбу свой дочери. О том, как он воспитывает своих дочерей, своей жизни в США и творческом пути актер откровенно рассказал в интервью «ТН».
— Кто вас пригласил в проект «Дорога к счастью»?
— В этот проект меня пригласили: производящая данный телефильм кинокомпания, продюсеры, режиссер проекта, руководство канала.
— В новом сериале «Дорога к счастью» окажется тернистой, в том числе и для вашего персонажа, которому не безразлична судьба его дочери. Какие чувства борются в Борисе и какие в итоге победят?
— Герой находится в противоречии с женой. На данном этапе их совместной жизни появились серьезные недопонимания. Такое случается, наверное, в любой семье, но не всем удается сохранить любовь и отношения. Мой герой очень земной человек, разумный, душевный, он решил не менять себя, предпочел терпению свое устойчивое состояние эмоционального покоя и получения радости от жизни. Он влюбился в другую женщину.
![1](/sites/default/files/images/posts/img_00123.jpg)
— У вас растут дочери, как бы вы поступили в ситуации, когда необходимопомочь сделать правильный выбор в жизни, как вашей кинодочери Наташе?
— У меня две дочери. В ситуации, когда нужно будет помочь им сделать правильный выбор, я бы посоветовал им увидеть в их партнерах родственные духовные настройки, сам бы пообщался с их родителями. Все основы человека закладываются в семье. Если есть общие основания, похожее мировоззрение, то можно думать и о совместной жизни. Так или иначе у мужа и жены должны быть не противоречащие друг другу цели. Двое должны «смотреть в одну сторону». Необходимо настраивать дочь к тому, что она выбирает мужа на всю жизнь, и вопрос его и ее верности, осмысленности в подходе к совместной жизни будет основополагающим. Создавать семью,чтобы вскоре разбежаться, нет никакого смысла. Потому только эмоция не является основой для создания семьи. Как приблизиться к верности, в каждой семье свои на этот счет правила и взгляды. Меня к верности привел горький опыт ошибок и потерь, церковь этот порядок утвердила и закрепила. Воцерковленному человеку намного проще привести себя к порядку.
— Насколько ваши дочери схожи по характеру? На кого больше похожи? Каким вы видите их будущее?
— Мои дочери Анна и София очень разные. Девочки дружат, любят друг друга. Бывает, и ссорятся иногда, но не сильно и очень коротко. Обе спортсменки. Соня гимнастка, Аня баскетболистка. Обе старательно относятся к занятиям, к учебе. У Ани твердый характер, она всегда знает, что хочет. Девочка умная, целеустремленная, эмоциональный центр в семье, она всех связывает и мирит, если есть недопонимание. Соня мягче и гибче, в ней есть удивительная черта: очень любит поплакать. Просто любит поплакать, ей нравится это делать, бывает перед зеркалом. Возможно, драматический дар в девочке. Обе дочери похожи на нас с женой, при этом они совершенно разные. Хочу, чтобы в будущем Аня и Соня нашли себя в профессиональном призвании, обрели крепкие семьи и непременно дружили, были поддержкой друг друга.
![2](/sites/default/files/images/posts/photo1682012293.jpeg)
— Планировали вы иметь семь детей? Как управляетесь с ними? Как проводите время?
— Семь детей я не планировал, у меня не семь детей. У нас с женой пятеро детей. В 2008 году сразу сказал Полине, что у нас будет пятеро детей. Она тогда не поверила. Управляемся естественным образом, как все. Кто-то с одним не может справиться, кто-то с десятью детьми радуется жизни. Дети — благодать. Без детей мир семьи мне не кажется полноценным. Рядом с детьми сами родители становятся другими, чем были до их рождения. Взрослее, ответственнее, осмысленнее. Семья, дети и внуки — естественное развитие человека в течение его жизни. Время проводим вместе, дети бывают у бабушки, в лагерях, на даче, в поездках. Пятеро детей — это автономный коллектив, мощные внутренние связи, взаимопомощь, поддержка, совместное развитие. Дети любят друг друга. Они — Семья, и все это ясно понимают. Летом стараемся выбираться к морю.
— Как успехи старшего сына Глеба, который решил стать режиссером?
— Глеб — дипломированный режиссер кино, у него прекрасное образование. Развивается, все его сегодняшние устремления связаны с профессией режиссера. Я вижу в нем очень цельное и мощное желание реализоваться в этом направлении. Каким будет результат, я думаю, во многом будет зависеть от того, как Глеб будет дальше ориентировать себя: где жить, что читать, с кем общаться, что и кого любить, во что верить. В данный период времени начинает оформляться результат всей его будущей творческой жизни. Верю, что будет она интересной, полнокровной, нужной людям, стране, миру.
— Каким должен быть правильный выход из таких жизненных перипетий, с которыми столкнулся ваш герой сериале?
— Я не знаю, каким должен быть правильный выход из таких ситуаций. Все человеческие жизни индивидуальны, у каждой семьи свой путь. По мне лучше, чтобы семья сохранялась, чтобы люди договаривались и не расходились, потому что это все сказывается на детях. В то же время, если семья создавалась только на эмоциональных основах, если люди не готовы жертвовать своими свободами ради семьи, если их семейный мир не является их достоинством и приоритетным делом жизни, если нет духовных общих основ, сохранить такую семью будет трудно. Выход правильный один: создавая семью в любви, человек должен брать ответственность за свои поступки, понимать, что это его собственный выбор и в этот союз он вступает навечно. Придется терпеть очень многое, мириться с разными неудобствами, быть верным своему выбору до конца. В противном случае семья полноценно сохранить любовь не сможет. Жить без любви не реально и бессмысленно.
— Режиссер Елена Цыплакова в недалеком прошлом ваш коллега, как работалось с ней? С кем легче работать: с режиссерами, которые вышли из актеров или с режиссерами по первой профессии?
— Елена Октябревна Цыплакова — очень талантливый, красивый человек, прекрасная мудрая женщина. Лена многое пережила в жизни как профессиональной, так и личной. Работать с таким режиссером мне интересно и полезно. У нас добрые дружеские отношения. Лена мгновенно способна направить меня в нужное русло, всегда корректирует мою работу остро, просто, понятно, часто почти безапелляционно, иногда очень твердо. У меня есть подозрение, что она способна увидеть и вытравить из меня ту дрянь, которую я сам в себе не всегда вижу. Результат от совместной работы с Цыплаковой меня удивляет, так я могу это назвать. Режиссеры «из актеров» — особый род режиссеров. Раньше мне было легче работать с режиссерами, которые изначально режиссеры. Сейчас я нахожу удобство и интерес в обоих случаях. Главное, чтобы человек занимался своим делом и понимал законы, по которым окружающий его профессиональный мир работает.
— У вас много ролей в разных жанрах: боевики, мелодрамы, комедии? Вы сознательно выбираете такие роли?
— Мне нравится пробовать себя в разных жанрах, но сам я выбираю далеко не всегда. Я актер, мне интересно сделать то, что мне предлагают режиссеры, продюсеры. При этом у меня есть границы, за которые я не переступаю. Актер — это пластилин, из которого «лепится» персонаж роли. Актер не всегда способен понять, кого лучше ему играть, так же как пластилин не способен знать, что в конечном итоге из него вылепят. Такое вот грубое очень сравнение, но мне оно понятно. Потому я люблю работать в команде, люблю взаимодействие с режиссером, партнерами. Не люблю диктат, слабость и беспорядок. С глупостью борюсь, добиваюсь разумного качества, понимаю, что от сделанного в данный момент зависит мое будущее. Зритель увидит и оценит.
![2](/sites/default/files/images/posts/photo1682012123.jpeg)
— В каком амплуа увереннее себя чувствуете?
— Амплуа? Мне ближе персонажи с героическими характеристиками. Я понимаю хорошо таких героев. Раньше герои были в основном положительные. Сегодня случается, что профессия предлагает испытание —нужно играть отрицательного героя. Обдумываю ситуацию, и часто соглашаюсь. В отрицательном герое есть возможность увидеть и сыграть больше нюансов, это своего рода тренинг и экзамен.
— Почему решили уйти от типажа крутого парня из «Бумера». Был ли побег в Америку оправдан?
— Роль в «Бумере» — это мой типаж? Не знаю, что ответить на это. Это только роль, сделанная по определенным правилам жанра, это результат моего видения этого героя, совместной работы с режиссером, оператором, партнерами. Как в одном вопросе увязать уход от моего типажа и побег в Америку я не знаю. Я не убегал в Америку, побегом я это называть не могу. Я уезжал на учебу, мне интересно было знакомство с культурой этой страны, мне вообще свойственно интересоваться этим миром, я всегда стремился быть творческим человеком. Оправдана поездка в Америку в 2003 году или нет? Да, определенно оправдано развитие себя, оправдано изучение чужого языка для знакомства со своими собственными интеллектуальными механизмами, волей, способностями жить в непривычной для себя обстановке — чужой далекой стране. Мне необходимо это было сделать для своего собственного развития. При первой возможности я осуществил свое желание. Для актера такой опыт бесценен. Я укрепился в своих русских основах, впервые в жизни исповедовался в русской православной церкви в Америке, выучил английский язык, понял основы отношений западных людей, их отношение к семье, вере, любви, работе, к русским. Я избавился от многих иллюзий. Вообще, забавное было это нью-йоркское приключение. Бесконечно полезный и качественный жизненный опыт.
— Среди «братвы» в городах России вы все еще свой человек? Какие интересные случаи запомнились в этой связи?
— Я актер. Я свой в своем профессиональном мире. Также я — человек. Стараюсь им быть. Я свой среди людей. Все, кому понятно и интересно то, что я делаю, автоматически могут стать моими собеседниками и более. Интересных контактов происходит много даже в течение дня, у меня публичная профессия, я на виду. Чаще всего это неожиданные ситуации как для меня, так и для людей, с которыми я встречаюсь. Случаи эти я специально не «коллекционирую», это естественный ход событий моей жизни. Это второй план моей профессии, побочный эффект, приносящий больше даже неудобства, чем реальную пользу и интерес. Всегда стараюсь вести себя достойно и по-человечески.
— Были сомнения уходить из Ленкома ради роли Пети Рамы или нет?
— Я не уходил из Ленкома ради роли Пети Рамы. Съемки «Бумера» шли в период моей работы в Ленкоме. Снимали в основном по ночам, несколько месяцев подряд, с перерывами получилось больше полугода. Делал и то и другое с полной отдачей. Была, естественно, усталость, совмещать было очень трудно. Эти съемки повлияли, безусловно, на мою работу в Ленкоме, но назвать это выбором между ролью Пети Рамы и любимым театром правдой не будет. Так в конечном итоге сложились обстоятельства моей жизни, что я ушел из театра и посвятил себя полностью работе в кино. Обе творческие составляющие профессии, и театр и кино, для меня очень важны, я не считаю их оторванными или изолированными друг от друга. Это инь и янь актерской профессии, день и ночь. Надеюсь, что в итоге я обрету этот баланс полноценно и бесповоротно. Актерская составляющая моей жизни — это весь ее смысловой и духовный состав, это моя вечность. Так мне дано.
— Почему выбрали Ленком, переходя из питерского Театра комедии?
— Ленкомом я «заболел» еще во время учебы в ЛГИТМИКе, других альтернатив для себя не видел. В Театр Акимова я был приглашен сразу после учебы, проработал полтора года, совершил переезд в Москву и через год был принят в труппу Ленкома. Это было совершенно невероятное событие тогда в моей жизни. Питерский артист был впервые принят в театр Ленком. Я чувствовал себя на вершине своего олимпа, сил было очень много, и мне было все дико интересно. С Ленкомом у меня до сих пор очень добрые отношения. Я считаю этот театр своим. В другом театре после Ленкома я не служил, так что это мой театр по праву, я ему не изменял. Совмещать объем работы в кино, который свалился на меня в тот период, и трудиться начинающим артистом в Ленкоме, посещать ежедневные репетиции было невозможно. Я общался с Захаровым на эту тему просто и открыто, просил кого-то в дубль. Марк Анатольевич говорил, что это не реально для начинающего артиста. Мы оба поняли, что на тот момент сотрудничество будет затруднительным, я ушел и полностью погрузился в киноработу. Уход этот расцениваю как поступок дерзкий и смелый. Я сделал тогда свой собственный выбор и пошел по выбранному пути. Для меня это очень ценно, хотя и уходил со слезами на глазах и холодком в душе. Старшие артисты театра отнеслись тогда к этому по-разному. Всех поступок удивил, многие одобрили. Виктор Раков искренне негодовал, твердил мне, что из Ленкома не уходят! Я всегда делаю то, что сам считаю нужным. С Виктором вскоре совершенно примирились, он меня понял. Отношения со всеми в театре сохранились добрыми. Московский Ленком считаю своей творческой семьей и домом.
— Кто оказал большее влияние на карьеру — Михаил Боярский или Петр Буслов?
— Я очень улыбаюсь вашим вопросам… они забавные, но ответить на них почему-то даже хочется… С Боярским мы знакомы и в добрых отношениях. Михаил Сергеевич — герой моего детства. С Бусловым у нас пройден серьезный творческий путь, которым я считаю сьемки «Бумера». Это время заглавных букв в моей судьбе. Оба этих замечательных человека безусловно оказали на меня большое влияние, но мне кажется, что это еще далеко не все, что нам дано пройти вместе.
— На съемках выполняете трюки самостоятельно?
— Да, конечно, что могу, всегда делаю. Есть в кино такое правило: актер делает свою работу, каскадер свою. Так же, как каскадер не мешает актерской работе, так и актер не должен отнимать работу у каскадера. Каждый должен делать свое, и результат будет тогда прекрасным. Я это очень хорошо понимаю. Я люблю свою работу и очень уважаю людей, которые хорошо и самоотверженно делают свою. Для меня не важно —рабочий это на площадке или актер, исполняющий заглавную роль. Кино — творчество коллективное. Если человек «горит» своей работой, делает свое дело ответственно и качественно, не оскорбляет людей, уважает их труд, я всегда буду на его стороне. Только правильная совместная коллективная работа в кино приносит хороший яркий результат. Я всегда стремлюсь только к такому результату.
— Будете ли возобновлять театральную карьеру?
— Да, буду. Я сделаю все возможное, чтобы это произошло. Я не вижу другого для себя пути.
— Будет ли еще один музыкальный альбом?
— Ни одного пока полноценного музыкального альбома у меня нет. Официально выпущенного альбома, я имею в виду. Песен записано и исполнено много. Обязательно буду стремиться выпустить первый альбом. После этого сообщу вам, когда и в каком жанре будет следующий.
— Поддерживаете ли связь с Ричардом Гиром?
— Очень смешной вопрос. Естественно, не поддерживаю я связь с Ричардом Гиром. Где я и где Ричард Гир? Кто я для него и он для меня? Поймите правильно, не пытаюсь принизить себя или его. Мы живем в разных земных плоскостях, далеко друг от друга, в разных социумах, разных мирах. Зачем и для чего нам с ним поддерживать связь? Как это возможно? Конечно нет. Неожиданная и короткая встреча однажды в жизни — это яркий эпизод для начинающего актера и какая-то эмоция для сложившейся уже тогда творческой личности. Развития эта встреча никакого не получила и не могла получить.
— Где любите отдыхать, какой вид отдыха предпочитаете?
— Отдыхаем всегда чаще всего вместе всей семьей. Вот этот момент — семья — и является реальным и настоящим. Это должно волновать нормального человека. Что происходит с детьми, чем они дышат, как развиваются. Дети — наше будущее. Даже не мифическое заоблачное будущее цивилизации, а наша взрослость и старость. Они в руках наших детей. Где мы будем, с кем мы будем в такой замечательный свой период жизни — это зависит во многом от наших сегодняшних семейных отношений. Человек рождается в семье, умирает человек тоже в семье. Как это будет происходить, какие смыслы будут в это заложены, от этого будет зависеть и то, что будет происходить с нами после смерти. Я — это не только сегодняшний человек прямоходящий, но и то существо, которое должно в конечном итоге встретиться с Богом. И произойдет это точно не в мифическом безвременье. Мои 50 сегодня мне понятны. Мне предельно понятен максимальный путь, который я смогу еще пройти. Все очень просто. Потому отдыхать особо некогда, радость жизни всегда рядом — работа, семья, друзья и победа над неустройствами и глупостями. Только вперед и с песней. Спасибо вам за веселое и интересное интервью.
Беседовал Евгений Николаев
Фото: личный архив, телеканал «Россия»