Чужой среди своих: почему мхатовцы выступили против назначения Константина Богомолова
Фото: globallookpress
Назначение Константина Богомолова временно исполняющим обязанности ректора Школы-студии МХАТ спровоцировало бурную полемику в театральном сообществе, спровоцировав столкновение «патриотического» и «модернистского» лагерей в отечественной культуре. Видные выпускники публично заявили о своем несогласии с его назначением и распространили коллективное обращение к министру культуры РФ Ольге Любимовой. Однако, нашлись и те, кто поддержал и обосновал это решение.
Богомолов был утвержден в должности и.о. ректора практически сразу после кончины Игоря Золотовицкого. И это назначение мгновенно вызвало жесткий протест мхатовцев, который трансформировался в публичное коллективное прошение, адресованное министру культуры Ольге Любимовой. В нём говорится, что легендарное учебное заведение должен возглавлять человек, получивший образование именно в его стенах, только он способен сохранить то наследие, которое оставили предшественники.
По мнению авторов письма, отсутствие у Богомолова мхатовской ДНК и его своеобразный режиссерский стиль может разрушить уникальную этическую и педагогическую среду легендарной театральной школы, которую он не познал изнутри.
«Нарушены все устоявшиеся традиции, да и само назначение на девятый день после смерти Игоря Золотовицкого, по которому Школа-студия искренне скорбит до сих пор, кажется несколько кощунственным жестом. Очень прошу внимания со стороны нашего министра к этому обращению, как выпускница Школы-студии МХАТ, которую закончили и мои родители» – так прокомментировала назначение Юлия Меньшова.
Формат коллективного обращения без подписей многие восприняли как анонимку, не заслуживающую внимания министра культуры.
«Мне всегда казалось, что открытое письмо подразумевает подписи людей, открыто выражающих свои требования. К чему это безымянное обобщение – «выпускники»? Это похоже на происки недоброжелателей», — задалась вопросом в социальных сетях писательница Марина Юденич.
Отсутствие подписей мхатовцев объяснимо — они боятся потерять работу, для многих единственную. Тем не менее, число артистов, открыто поддержавших обращение, растет. Петицию министру культуры поддержали многие известные актеры, включая Марка Богатырева, Стасю Милославскую, Антона Шагина, Юлию Хлынину.
Однако нашлись влиятельные защитники и у Богомолова. В частности, супруга генерального директора Первого канала Константина Эрнста оспорила главный довод протестующих. По словам Софьи Эрнст, Богомолов был вынужден поступить в ГИТИС, поскольку в Школе-студии отсутствует режиссерский факультет. Однако, по её мнению, это не отменяет того, что режиссёр является носителем «принципов русского психологического театра».
Как говорят знающие люди, Богомолов с большим отрывом опередил других претендентов на эту должность. Изначально в списке министерства Ольги Любимовой были и другие кандидатуры. Однако в Кремле сочли, что именно Богомолов в большей степени соответствует духу времени.
Среди претендентов назывались, в частности, имя Евгения Писарева, художественного руководителя Театра имени Пушкина. Он является выпускником и профессором Школы-студии, возглавляет там актерский курс. Его кандидатуру активно поддерживала значительная часть коллектива школы и мхатовские «старейшины».
Виктора Рыжакова, режиссера, педагога Школы-студии МХАТ, бывшего худрука Центра имени Мейерхольда и «Современника». Его кандидатура рассматривалась как наиболее «естественная» с точки зрения преемственности педагогических традиций вуза.
Марины Брусникиной, художественного руководителя театра «Практика», заведующей кафедрой сценической речи в Школе-студии. Она считалась сильным внутренним кандидатом, способным сохранить уникальную атмосферу учебного заведения.
Михаила Пореченкова, актера МХТ им. Чехова. Он является «своим» для МХАТа, имеет большой авторитет и четкую патриотическую позицию, что важно для министерства.
В театральных кругах активно обсуждается и компромиссный вариант двоевластия, при котором Богомолов может остаться художественным идеологом, а тот же Пореченков или другая авторитетная среди мхатовцев фигура возьмет на себя административно-педагогическое руководство, чтобы успокоить протестующих.
Как говорят, существует и план «Б», если критика назначения перерастет в реальный протест, Богомолов может проявить добрую волю и добровольно отказаться от официального утверждения в должности ректора на постоянной основе.
По мнению экспертов в области театра, назначение Богомолова обусловлено рядом стратегических и управленческих соображений со стороны Министерства культуры. Во-первых, он сумел зарекомендовать себя как эффективный, хотя и жесткий администратор. Успех Театра на Бронной показал Минкульту, что Богомолов способен превратить стагнирующее учреждение в коммерчески успешный и модный столичный бренд. Вероятно, власти полагают, что он сможет «встряхнуть» и Школу-студию, адаптировать ее к современным реалиям рынка.
Во-вторых, назначение Богомолова вполне укладывается в концепцию «единого кластера». В театральном сообществе давно обсуждается идея Минкульта о намерении централизовать управление театрами. Богомолов уже управляет двумя театрами, и его назначение в ключевой вуз позволяет замкнуть цикл «обучение — производство» в рамках единой управленческой стратегии.
Важно отметить, что назначение произошло при непосредственном участии министра Ольги Любимовой. Считается, что Минкульт сознательно искало человека, не связанного с «внутренними кланами» МХАТа, чтобы избежать затяжной борьбы между «прямыми» наследниками Игоря Золотовицкого.
Конечно антагонизм мхатовцев к режиссерскому стилю Богомолова понятен. Ведь более «антимхатовского» взгляда на театральное искусство сложно даже представить. Главное отличие заключается в цели и способе существования актера на сцене. Если система Станиславского, которая уже 128 лет лежит в основе Школы-студии, строит храм человеческого духа, то Богомолов этот храм разбирает на кирпичи, исследуя пустоту или биологию человека. Убивает саму суть актерской профессии — способность перевоплощаться и чувствовать.
На протяжении многих лет театралы обвиняют режиссёра в циничной деконструкция классики — в том, что он использует классические произведения (Чехова, Достоевского, Шекспира) и полностью искажает их смысл. Внесение вульгарных или обыденных деталей, переписывание диалогов, перенос действия в современный контекст, что кажется критикам неуместным. Они считают, что это не постановка пьесы, а использование имени автора для самовыражения.
Многие спектакли Богомолова содержат сцены, которые часть консервативной публики считает неприемлемыми с моральной точки зрения. Так, к примеру, было со спектаклем «Идеальный муж». Постановка, представленная как символ «нового МХТ» эпохи Олега Табакова, сразу вызвала массовые протесты консервативной публики. В одной из сцен на сцене появлялась почти обнаженная женщина, прибитая к кресту, имитирующему распятие. Постановку неоднократно требовали запретить за оскорбление чувств верующих.
Не все принимают фиксацию Богомолова на теме смерти, физиологии или насилия. Упрекают в «хайпе» и стремлении эпатировать публику любой ценой. Яркий пример – спектакль «Норма». В 2019 году в Театре на Бронной Богомолов выпустил спектакль , где в одной из сцен актеры занимались поеданием субстанции, имитирующих фекалии. Спектакль стал маркером разделения аудитории на тех, кто видит в этом концептуальное искусство, и тех, кто считает это деградацией.
Сам Богомолов умело использует каждый подобный скандал для продвижения своих проектов, утверждая, что «художник должен раздражать». Он не скрывает, чото считает классическую школу «застывшим памятником», требующим радикального обновления. И говорит, что театр — это живой организм, который должен провоцировать мысли, а не усыплять зрителя привычными формами.
Исход этого назначения еще предстоит увидеть, но очевидно, что оно стало катализатором для важной дискуссии о будущем театрального образования и о роли традиций в эпоху перемен. Школа-студия МХАТ оказалась в эпицентре борьбы между двумя подходами к искусству, и от того, как будет сбалансирована эта борьба, зависит судьба одного из старейших и самых авторитетных театральных вузов страны. В ближайшее время станет ясно, сможет ли Константин Богомолов оправдать оказанное ему доверие и объединить вокруг себя театральное сообщество или его назначение станет началом нового этапа кризиса в мхатовской школе.
