Владимир Капустин: для меня дружба - как золото, очищенное в горниле
фото: личный архив артиста
Актер Владимир Капустин известен своей способностью перевоплощаться в персонажей самых разных эпох и социального статуса. Он невероятно органичен и в комедиях, и в мелодрамах, но зрителям особенно памятны его работы в военных и патриотических картинах.
На ТВ-3 возвращается «Кордон» — 10 августа в 18:00 стартовал третий сезон детективной истории о бывшем пограничнике Саше Дымове (Пётр Рыков). После ложного обвинения и тюрьмы выбирает путь борьбы со злом в родной деревне. Но в этой борьбе он не один: рядом с ним — Трофимыч, его лучший друг и бывший военный, человек, на которого всегда можно опереться. Эту роль исполнил Владимир Капустин. «ТН» поговорили с актёром о настоящей мужской дружбе в жизни и в сериале «Кордон», о семье и о Божьем чуде и чувстве долга.
- Владимир, в сериале «Кордон» на ТВ-3 вы играете одну из главных ролей — пограничника Трофимыча, друга Саши Дымова (Пётр Рыков). Отношения Дымова и Трофимыча постепенно прошли путь от отношений начальника и подчиненного до настоящей мужской дружбы. Что лично для вас значит дружба? Каким должен быть настоящий друг? И есть ли вещи, которые нельзя простить другу?
- Друзья не приходят так просто в твой мир их посылает Господь и каждый человек, мне кажется, чувствует это и принимает, как говорят на интуитивном уровне или ещё точнее на духовном. Мои друзья, это совершенно разные люди, многие вообще никак не связаны ни с кино, ни с искусством, ни с театром. У них другая жизнь, за ними интересно наблюдать, интересно общаться. Они совсем не такие, как я, и это здорово. Если же возникают какие-то трудности, мы всегда приходим друг другу на помощь, поддерживаем друг друга. Это даже не обсуждается.
Что касается того, чего нельзя простить… Нам всегда хочется, чтобы всё было так, как именно мы считаем правильным, чтобы друзья и близкие где-то под нас подстраивались. Но в жизни так не бывает.
Я уже прошёл этап дружеских обид и недопонимания. Для меня дружба сейчас — как золото, очищенное в горниле. Это прежде всего общение с человеком. Даже если что-то пойдёт не так, никаких обид не будет. Я понимаю, что жизнь, не поле перейти, и с возрастом осознал многие понятия и истины и стал более спокойным и сострадательным.
- Ваш герой посвятил служению Родине почти всю жизнь и, как вы однажды сказали, «в какой-то момент отчаялся». Почему, на ваш взгляд, Трофимыч оказался в таком состоянии? Что стало причиной его разочарования?
- Да, это, скорее, предыстория всего сериала. Когда Трофимыч встречается с Дымовым, он находится в тяжёлом, буквально разобранном состоянии. Отчаяние Трофимыча — это, скорее, стечение обстоятельств. Он военный, человек, который всю жизнь посвятил службе, отдал ей сердце и всего себя. И вдруг всё заканчивается совсем не так, как он ожидал. Во-первых, он так и не поймал своего главного противника — Шиву. Во-вторых, получил тяжёлое ранение и буквально оказался на грани смерти. Когда человек понимает, что уже не может быть таким, каким был раньше, принять это очень непросто. На это уходят не дни и не недели, а порой годы. Именно это и произошло с моим Трофимычем. Конечно, большую роль сыграла Баба Шура — она спасла его и физически, и по человечески поддержала. С этого, по сути, всё и начинается. С появления Дымова. Саша Дымов вообще такой настоящий герой, настоящий мужчина. Поэтому эта встреча и их дружба сыграли огромную роль в восстановлении Трофимыча. Мой герой оживает духом!
- Трофимыч заплатил своим здоровьем за годы службы. Как вы считаете, есть ли в жизни цели или ценности, ради которых стоит жертвовать здоровьем? Есть ли у вас дело, ради которого вы были бы готовы пойти на всё?
- Жертвовать надо учиться своим эгоизмом и гордостью ради близких. И если настанут тяжёлые времена, то стоит встать на защиту своей Родины.
- Как вы думаете, современное поколение способно так же самоотверженно служить Родине, как Трофимыч? Или всё же такие люди чаще встречаются среди представителей старшего поколения?
- Современное прекрасное поколение, ещё покажет себя, ещё послужит Родине. И мы будем писать и удивляться о их стойкости и жертвенности. Я был воспитан в Советском Союзе, ходил в советскую школу, и тогда всё это обговаривалось и писалось в учебниках, нас учили труду, и военная подготовка была, к учителям относились как к взрослым ответственным людям боялись и уважали их. Сейчас, конечно, многое изменилось, в том числе и в воспитании. Но есть дух Русского человека, об этом не надо забывать.
- В вашей фильмографии уже более 150 ролей. Можете сказать, что роль мечты уже сыграна? Если да, что это была за роль? Если нет, то какого героя вам хотелось бы сыграть?
- В театре, наверное, всё, что хотелось, я уже сыграл. Ещё в студенческие годы мне довелось сыграть и Гамлета, и Зилова. Ролей в театре у меня было не так много, но они были интересные. Играл и Вершинина в «Трёх сёстрах». Считаю, это тоже одно из моих актёрских достижений.
Что касается кино, то, конечно, ещё остаются роли, которые хотелось бы сыграть. Наверное, хотелось бы больше главных ролей, хотя я понимаю, что с возрастом и по разным другим причинам это уже маловероятно. Но я доволен тем, как всё складывается. Слава Богу. Конечно, что-то осталось несбывшимся, но такова жизнь.
- Какими проектами с вашим участием вы гордитесь?
- Да, конечно, есть такие проекты! Их не так много, но я очень рад, что мне довелось в них участвовать. Прежде всего это работы с Николаем Досталем. Ещё в молодости я снимался у него в сериалах «Штрафбат» и «Завещание Ленина», это история о писателе Варламе Шаламове. «Завещание Ленина» даже был номинирован на премию «Золотой орёл». Наверное, это мой самый любимый, самый сложный и самый интересный проект.
- Что для вас важно при выборе роли: сюжет, идея, партнёры по кадру, режиссёр?
- Для меня прежде всего важен сценарий. Бывает, читаешь и сразу понимаешь, что это интересно. А бывает и наоборот — легко отказываешься. Ну и, конечно, иногда отказываются уже от тебя. Это обычная актёрская жизнь.
Честно говоря, я даже стараюсь не слишком увлекаться чтением сценария до утверждения. Потому что начинаешь представлять себе роль, она тебе нравится, уже мысленно проживаешь эту историю. А потом после проб говорят: «Извините, мы выбрали другого актёра». Поэтому сейчас я отношусь так: cтараюсь не увлекаться раньше времени. А вот когда уже утверждают на роль — тогда можно двигаться вперёд на все сто.
- В вашей биографии есть удивительная история, связанная с поездкой в храм Девяти мучеников Кизических, куда вы отправились по совету вашего друга Андрея Мерзликина. После этого многие события в вашей жизни сложились особенным образом. Верили ли вы в чудеса до этой поездки? И как смотрите на это сейчас: это чудо, промысл Божий или всё же совпадение?
- Да, конечно, верил. У меня даже в армии происходили такие события, которые можно назвать чудесными. Я понимал, что сами по себе они произойти не могли — это был Божий промысел. Я проживал свои дни, но всегда чувствовал, Его присутствие в моей жизни. Просто я долгое время был равнодушным, пока не произошло чудо! Сейчас понимаю, что это была удивительная история, моего возрождения. И поездка в храм Девяти мучеников Кизических явное подтверждение той Евангельской мысли что Господь всегда рядом и стучится в дверь нашего сердца.
- Много лет назад при храме вы стали алтарником и чтецом. Почему вы решили пойти этим путем? Что для вас значит это служение? И продолжаете ли вы служить в храме сегодня?
- Служение в храме — это есть обратная связь Богу. Без неё никак. Это как в отношениях между людьми: когда один человек любит, а другой вроде бы знает об этом, но никак не отвечает — не пишет, не звонит, не общается. Сначала человек терпит, потом говорит: «Ну ладно, не буду вам надоедать», — и отходит. Вот это и есть отсутствие обратной связи. А когда люди любят друг друга, они должны постоянно как-то напоминать об этом — в словах, в поступках, в жизни.
Молитва — это и есть обращение к Богу, напоминание, разговор с Ним. И здесь всё зависит, от того, насколько человек верит. Потому что всё упирается в веру. Если она крепнет, тогда и молитва становится настоящим живым разговором с Богом. И наоборот от молитвы вера становится искренней. Как говорил Антоний Сурожский: «Молитва — это предстояние перед Богом, которое начинается со слов и вырастает и углубляется до созерцательного молчания».
