Елена Ксенофонтова: я не собираюсь предать профессию актрисы, но «королевство маловато»…
![](/sites/default/files/styles/big_article_cover/public/images/2024/dsc00937.jpg-sayt.jpg?itok=5tjCz4xE)
Популярная актриса Елена Ксенофонтова готовится сразу к двум премьерам — спектакли «А это, как два крыла» в Театре на Трубной и «Две дамочки в сторону севера» в Театре эстрады. О своих новых героинях, театральных экспериментах, жизненном опыте, мечтах и тесной связи с детьми Елена рассказала «ТН».
— Расскажите, как настроение накануне премьеры спектакля «А это, как два крыла»?
— Я вся погружена в тексты, репетиции, да и прекрасное настроение, ведь не каждый день ты играешь Сару Бернар. Поэтому все чудесно.
— Чем привлекла вас эта история и героиня?
— Героиня, я думаю, привлекла бы любую актрису, потому что сама по себе Сара Бернар явление незаурядное. На самом деле за ее историей наблюдали и при ее жизни и долго после, и сейчас она будоражит умы, потому что неординарная личность. Что касается истории, то она интересна противостоянием двух величин, женщин очень мощных, потому что в противовес француженке Саре Бернар представлена Элеонора Дузе, итальянская актриса того же времени и на тот момент суперизвестная актриса. Они делили зрителей, сцену, любимых мужчин. Помимо этого, чем интересна пьеса — двумя абсолютно разными взглядами на жизнь. В спектакле задается вопрос: «Что для актрисы важнее — любовь или аплодисменты?». Вот, пожалуй, поиск ответа на этот вопрос весь спектакль. Сара, как известно, была предана театру до мозга костей, более того, она вообще подменяла театром жизнь, и все самое глубинное, страстное, все для нее существовало только на сцене. В отличие от Элеоноры Дузе, у которой как раз была жизнь, полная страстей, любви, трагедий. И вот, собственно, это история двух женщин, рассказанная их импресарио, которого играет Георгий Дронов, Элеонору Дузе — Юлия Тельпухова. А молодого импресарио играет Даниил Корнев. Такая у нас команда из четырех артистов. Я бесконечно благодарна режиссеру Изабелле Каргиновой, что она мне эту историю предложила.
![1](/sites/default/files/images/posts/file1.png)
— В этой роли вам удалось сказать что-то от себя лично? Насколько пригодился ваш женский опыт?
— Я давно живу, тут у меня разный опыт, наверное, какой-то и пригодился. Хотя здесь я совсем не я, от меня тут, пожалуй, только сила характера, потому что Сара помимо эпатажности была крайне мужественным человеком. Тот факт, что в 70 лет она теряет ногу и продолжает играть на сцене, говорит о ней, как о невероятной глыбе. Конечно, я в любой роли стараюсь сказать что-то, донести, быть максимально искренней, разной. Мне импонирует в Саре, и это близко моей природе, — самоирония. Это человек, который может посмеяться над собой, над жизнью, и это, конечно, возносит ее до небес.
— Спектакль дает зрителям возможность раскрыть для себя обычно закрытые от публики тайны личностей, жизнь которых, чаяния души, муки и радости были посвящены театру. В вашей жизни театр какое место сейчас занимает?
— Огромное, как, собственно, и всегда, театр для меня как был, так и останется на первом месте, если мы говорим о профессиональной деятельности. Потому что я очень завишу от дыхания зала, того, что делаю здесь и сейчас, и какой получаю отклик. Я этим живу, дышу, лечусь от всех невзгод и недугов, театр спасает в тяжелые времена, потому что он может унести, отвлечь, погрузить, заставить работать душу. Для меня театр нечто безграничное и бездонное.
![2](/sites/default/files/images/posts/file_4.png)
— К какому-то одному театру вам не удалось прикипеть? Вы работаете в разных командах.
— С некоторых пор я кошка, которая гуляет сама по себе, чему несказанно рада. Да, я работаю в разных командах, и меня это устраивает. Не считаю себя приверженцем репертуарного театра. В этом смысле я свободна, не обременена интригами, подводными течениями, зависимостями. Мы собираемся на какой-то конкретный проект, и ощущаем там нужность, абсолютную симпатию, иначе смысла работать нет. И мы работаем, нас объединяет дело, которое мы с удовольствием, радостью делаем.
— А сколько у вас сейчас проектов в работе?
— Сейчас с двумя премьерами будет где-то 7 спектаклей.
— Как вы считаете, влияют ли сыгранные роли (тут мы и кино берем), на судьбу актера?
— Конечно, влияют, если проект выстреливает, то это дает тебе очки, рейтинги и т. д. Но часто бывает, что слишком хорошо сыгранная роль может сыграть злую шутку, потому что ты начинаешь на долгие годы ассоциироваться у зрителя и работодателей как некий персонаж. В той или иной степени я попадала в эту ловушку, однажды сыграв в проекте «Дочки-матери» я долгое время была Ириной Ярской. Или, например сериал «Кухня» — Элеонора Андреевна, мне кажется, до конца дней мне будет аукаться. В какой-то момент меня это начало даже раздражать, потому что я понимала, что помимо этого у меня есть много всего, я актриса разноплановая. Но ничего, я приняла эту данность.
— У вас есть сегодня творческая мечта?
— Чего в моей биографии серьезно пока не было — я хотела сыграть в каком-то историческом кино, спектакле. Куда-то туда совсем далеко. Хотя я играла исторических персонажей, помимо Сары Бернар, Лилю Брик например, но это немного не то, хочется какую-то совершенно далекую древность. Потом я очень хочу озвучивать мультики, мне это очень близко, но не зовут пока.
— А мечта личная для себя вне профессии?
— У меня очень много планов, и я надеюсь их осуществить. Я занимаюсь дизайном, у меня есть идеи каких-то строительных проектов, я в принципе сотрудничаю с разными фондами, организациями, мне все это близко, интересно. Учусь сейчас, пока не буду говорить, где, и надеюсь, что через год-два обрету новую профессию. Моя мечта на сегодня — не останавливаться, мне хочется побольше успеть, раздвинуть рамки собственных возможностей. Это не значит, что я собираюсь предать профессию актрисы, но принимаю происходящее, как из серии «королевство маловато, развернуться негде». Меня сейчас переполняют идеи, энергия и желание что-то сделать для людей, для себя. Еще много горизонтов, которые манят.
— Вы состоялись как женщина, мать, успешны в профессии. А насколько сложно балансировать между семьей и карьерой?
— Никогда не было сложно. Я хотела — рожала, хотела — выходила замуж. Никогда это не мешало, потому что когда все в удовольствие, то тебе какие-то высшие силы очень благоволят и помогают, у меня редко были ситуации с накладками или напрягами, я их и не помню. Все, что было мое, ждало меня.
— То есть жертвовать особо не приходилось?
— Я не очень верю в жертвы, как показывает история, зачастую эти жертвы оказываются неоправданны. В результате и с детьми не особенно хорошо все, и в профессии. Я как-то всегда хотела больше детей, но сколько получилось, столько получилось. Это для меня вообще не жертва. Хочу и делаю.
— Как много времени получается проводить с семьей сегодня?
— Тут все нормально, все понимают, какой профессией я занимаюсь. Потом я очень люблю дом свой, мало куда хожу помимо работы, поэтому все свободное время провожу с семьей, так что трудно, наверное, жаловаться.
— Сами наводите дома красоту, уют, а не специально обученные люди?
— У меня есть помощница, которая помогает, но в принципе я с удовольствием и готовлю, и убираю, стираю, глажу.
— Вы прошли практически все возрастные периоды со своими детьми, какой из них самый сложный, на ваш взгляд?
— Как говорят: «Маленькие детки — маленькие бедки, дети большие — беды большие», поэтому трудно сказать. Но когда они вырастают, чуть страшнее становится, потому что пока ты над ними имеешь полную власть, как-то легче все контролировать. Но я справляюсь, отпускаю вожжи и учусь им доверять.
— Тимофею исполнился 21 год, вам удалось отпустить его во взрослую жизнь?
— Насколько возможно, да. Он учится, живет своей жизнью. При этом пока мы вместе под одной крышей. Но я не думаю, что сын испытывает давление. Это хорошо, что мама такая занятая, потому что я даже не имею физической возможности постоянно контролировать, да и желания не испытываю, так как доверяю сыну полностью. У нас тесная связь с детьми, поэтому и степень доверия высокая. Надеюсь, что, если что-то серьезное произойдет, я узнаю об этом первой.
![5](/sites/default/files/images/posts/dsc003491.jpg)
— Какими достижениями Тимофей и Софья вас радуют?
— Тимофей учится в институте на факультете продюсирования, заканчивает 3-й курс, я знаю о всех его победах и поражениях. Софья в этом году оканчивает музыкальную школу по классу фортепьяно, продолжает учиться по классу джазового вокала. Она много занимается математикой, английским, ходит на танцы, много читает.
— То есть сын тоже выбрал творческое направление?
— От осинки не родятся апельсинки. Когда у ребенка папа продюсер, мама актриса, сложно пойти в математику, хотя и это было бы возможно в его случае, но пока он выбрал это направление. У меня сложное отношение к его выбору, но я его уважаю.
— Значит, это не с вашей подачи было?
— Абсолютно, я очень надеялась, что сия чаша нас минет, но нет. Но я вообще из тех мама, которые не лезут с нравоучениями и предоставляют детям решать и выбирать, кем быть.
![4](/sites/default/files/images/posts/20230803_165235_0.jpg)
— Глядя на дочь, вы видите отражение себя? Соня у вас артистичная девочка…
— Она во многом похожа на меня, а, с другой стороны, не похожа совсем. Дочь, как усовершенствованная модель в десятки раз. Софья невероятно харизматична, умна, красива, и она это понимает. При всей своей обаятельности она миротворец, дипломат, очень воспитанна, при этом никогда не даст себя в обиду. Вообще, мне у нее учиться и учиться. Дочь совсем другая даже в отношениях с социумом. Я более закрытая, люблю одиночество, тишину, а Софья человек общества.
— Еще не изъявляла желания актрисой стать?
— Все время мне звонят по поводу проб каких-то, но я стараюсь этого избегать. Соня еще окончила модельную школу, но не хочет пока идти в ту сторону, хотя при ее данных можно это сделать легко. У нее боттичеллиевская внешность, нетривиальная, немыслимые золотые кудри, глаза красивые. Буквально на днях приглашали на показ, принять участие в качестве модели, но она сказала: «Нет, у меня занятия в музыкальной школе». Поэтому пока, несмотря на кажущуюся взрослость, ей 13 лет, и у нее еще есть время повыбирать, чем заниматься в жизни.
— Себя чем любите радовать по-женски?
— Всем, чем хочу, тем и радую. Мне вдруг вот захотелось в 50 лет пойти учиться, и я учусь. Занимаюсь какими-то практиками, читаю, иногда радую себя шопингом, иногда мне достаточно пойти посидеть у воды, и меня это тоже радует. Мне на самом деле не очень много надо, чтобы обрести счастье, потому что счастье на самом деле внутри нас самих, для этого не нужен особенный антураж.
— Какие моменты в жизни вас вдохновляли в последнее время?
— В последнее время я в основном радуюсь победам детей, и это меня вдохновляет.
— Какие планы? Весна заканчивается, лето впереди.
— У меня сейчас одни мысли, выпустить этот спектакль и еще один, который я репетирую, — 15 мая, в Театре эстрады. Вадим Дубровицкий режиссер, и мы с Анной Якуниной две героини спектакля «Две дамочки в сторону севера». Сейчас я и там, и там играю главную роль, утром репетирую в одном, а вечером в другом спектакле, репетируя по 8-10 часов. Пока я хочу это дело закончить, а дальше уже заняться своими дизайнерскими проектами.
— Вы ведь и дизайнер, и коллекционер. Что тут происходит?
— Сейчас я буду делать новые объекты как дизайнер интерьеров.
— А коллекции кукол ваших расширяются?
— Не то слово как расширяются, уже, по-моему, надо выходить в большой бизнес. Это у меня увлечение круглогодичное, тут я не останавливаюсь. Много сотрудничаю с мастерами, поэтому иногда делают по моим эскизам, иногда я просто нахожу что-то интересное. Коллекция огромная и счету не поддается, их уже несколько десятков тысяч.
фото: Юлия Пушенко, пресс-служба театра эстрады, "Театр на Трубном"